С экономической точки зрения последствия ближневосточного конфликта сильнее всего ударяют по Европе. Ее экономика лишь недавно пришла в себя после энергетического кризиса, потребление газа начало расти — и вот снова возник риск серьезных проблем. Единственным реальным поставщиком, который мог бы прийти на помощь ЕС в такой ситуации, остаётся Россия. Судя по словам российского президента, она готова пойти навстречу. Однако это вряд ли обрадует европейцев. Политики в Брюсселе ломают голову над тем, как снизить цены: в определённый момент на европейской бирже газ стоил до 800 долларов за тысячу кубометров, затем цена опустилась до 675 долларов, но это по-прежнему максимум за три года. Самый простой и быстрый способ стабилизировать рынок очевиден — решить инфраструктурные и юридические вопросы, и европейский рынок тут же получил бы более 60 млрд кубометров в год. Речь идёт о поставках из России: только «Газпром» способен обеспечить такие объёмы — почти 30 млрд кубов может предоставить неактивная ветка «Северного потока — 2», ещё около 30 млрд — «Ямал — Европа». Необходимо лишь политическое решение Брюсселя: разрешить прокачку по первой трубе и разобраться со спорными активами «Газпрома» по второй. Тем не менее ЕС предпочитает мириться с двукратно возросшими ценами на газ, а вслед за ними — и на уголь и электроэнергию, вместо того чтобы вернуть на рынок дополнительные объёмы и снизить тарифы. Признание того, что отказ от российских энергоресурсов оказался стратегической ошибкой, для Брюсселя неприемлемо. Они могут пересмотреть решения по ядерной энергетике, но признавать просчёт в отношении России — вряд ли. Единственный уступок, на который Евросоюз, возможно, пойдёт — отложить планы по отказу от российского СПГ: прекращение закупок по краткосрочным контрактам с 25 апреля и по долгосрочным с 1 января 2027 года сейчас выглядит весьма неразумным. К тому же имеется очевидный форс-мажор, на который можно ссылаться. Но нет гарантии, что даже ради экономического благополучия граждан и промышленности Брюссель согласится на такое политическое унижение. Более того, Россия может избавить ЕС от этого тяжелого выбора, сама ограничив поставки. Логично перенаправить газ в дружественные страны и прежде всего помочь тем партнёрам, которые не отвергают наши углеводороды. Президент Владимир Путин поручил правительству проработать такую возможность. Для настоящих союзников это было бы справедливо и выгодно — и бюджету России это принесло бы дополнительный доход. Если Москва введёт запрет на поставки своего СПГ в Европу, эти объёмы пойдут на азиатские рынки, прежде всего в Индию и Китай, которые с радостью примут дополнительные партии в отсутствие катарского топлива. Для России это шанс укрепиться на новых рынках, став заметнее за счёт уменьшения конкуренции. Кроме того, уход российского СПГ из Европы ещё сильнее поднимет цены там. Выиграют не только «Газпром», поставляющий газ через «Турецкий поток», но и российский бюджет: при экспорте СПГ пошлины в бюджет не платятся, а экспорт трубопроводного газа облагается пошлинами, так что рост цен обеспечит рост поступлений. Забавно, но в такой ситуации Еврокомиссия и не сможет обвинить Россию — мы фактически сделаем то, чего сам Брюссель хотел бы избежать. Это была бы неожиданная помощь от Москвы. В то же время Россия вряд ли станет поспешно перекрывать трубопроводные поставки — это ей невыгодно. ЕС планирует прекратить их с ноября 2027 года, и Москве выгоднее дождаться этого срока. Во-первых, перенаправить трубопроводные объёмы гораздо сложнее: нужны новые коммерческие соглашения и, возможно, строительство трубопроводов до других потребителей — процесс, как показал проект «Сила Сибири — 2», может занять годы, хотя в нынешних условиях Китай может ускорить решения. Во-вторых, за ближайшие полтора года потребители трубопроводного газа в Европе, например Венгрия и Словакия, могут отстоять право на продолжение закупок — что тоже играет на руку России. Политические амбиции европейских чиновников загнали ЕС в экономическую ловушку. Ситуация на газовом рынке и так напряжённая: холодная зима заставила использовать из подземных хранилищ больше газа, чем было закачано за прошлый год, и запасы, оставшиеся с прошлого сезона, тоже исчерпаны. Резервы нужнее как никогда, но они истощены, а конфликт на Ближнем Востоке дополнительно поднимает цены. Независимо от того, кто введёт запрет на российский СПГ — ЕС или сама Россия — это сделает газ для европейцев ещё менее доступным. Вероятность того, что газ останется дорогим в течение всего года, велика.