Вход
Здравствуйте, гость !
Войдите под своим именем
или Зарегистрируйтесь.
меньше минуты назад2016-12-03 13:29:26 от Гость
Здравствуйте мы смужем вместе 12 лет. есть двое детей. было всякое но последнее время стала очень мучить проблема отсутствия работы у мужа я работаю. в начале отношений училась потом была в декрете но потом постоянно работала чтобы ни случилось и как ... Подробнее
Последний комментарий
История : Надо прощать .
9 минут назад2016-12-04 19:33:27 от Silvana
23007Гость, Вы будете удивлены, но эти "стишки" помогают. Только помогают при понимании смысла, а не при поверхностном отношении. Все комментарии67574
Вход
Здравствуйте, гость !
Войдите под своим именем
или Зарегистрируйтесь.
Топ из раздела
Мистические истории
На работу к папе
вчера в 16:30:382016-12-03 16:30:38
Студент и препод
28 ноября в 23:53:36
Волосенкиии
27 ноября в 22:35:51
Комедия
27 ноября в 16:31:09
Сериалы смотрим?  ( 1 2 )
27 ноября в 16:31:08
опустить на главную
24 ноября в 07:57:38
Лев
23 ноября в 17:13:44
Мистические истории - МОЙ ДОМ У ОЗЕРА
Мистические истории :    МОЙ ДОМ У ОЗЕРА      Рассказ Ирины Олеговны Дунаевой, известной художницы, мастера пейзажа.

"Одна странная и необъяснимая история произошла со мной в конце 60- годов. Сразу после художественного училища, я пошла работать в школу учителем рисования. Но по порядку.
Я с ностальгией вспоминаю свой дом у озера в котором жили мы с мамой, Его ещё до войны построил мой отец..После её смерти, я осталась одна и мне было только 19 лет. И ещё кот Фантик. К дому примыкал сад и, пройдя через него, прямо за изгородью, плескалось большое красивое озеро с островом посередине, поросшем старыми липами. Из сада через калитку я выходила к берегу и смотрела на его воды, то чистые пастельные, то ультрамариновые, то тёмно-зелёные и мрачные в зависимости от облаков и освещения. Там я написала много этюдов к своим картинам. Я слушала как шелестит прибрежный тростник.. этот шелест хоть и был похож на шелест денег, мне нравился гораздо больше. Наверное, так я была воспитана: деньги ничто, душа - всё! Этот дом был просто раем для художника, да и для обычного человека. Несмотря на свой возраст, я уже была участницей нескольких выставок, городских, районных, областных и мечтала вступить в союз художников, что дало бы мне большую свободу, чем сейчас. Сказывалось и то, что и мой отец был художником, и я выросла на любви к искусству.
Что я могу рассказать о себе?. Девчонка, рыжая с веснушками, с исцарапанными и вечно испачканными красками, руками..Мне самой приходилось натягивать холсты на подрамники и сбивать рамки, а это совсем не женская работа. Не могу сказать что я была красавицей, но мужчины часто оглядывались мне вслед, что меня всегда смешило. Опыта общения с мужчинами, да и простого жизненного, у меня было мало, и если женская часть моего окружения мне была ясна и понятна, то мужчины, их логика, поступки, цели и действия, часто ставили меня в тупик. Из-за этого, в их обществе я чувствовала себя скованной и глупой. Например, наш директор, солидный человек и отец троих детей, когда вызывал меня к себе в кабинет вёл себя, порой, странно: подмигивал, потирал руки, задавал глупые вопросы, например: как дела или не скучно ли мне.. и всё такое. Ходил вокруг, а раз даже попытался меня ущипнуть за бок.. Я не знала как вести себя с ним и после, когда раздумывала над этим, то приходила к выводу, что он меня просто жалеет, зная что я осталась без родителей..К несчастью, в это не простое для меня время, моя лучшая подруга уехала в другой город, и я осталась совсем одна.
Где-то ближе к весне, к нам пришёл новый учитель физкультуры Виктор Самойлович Кривошеин. Мужчина средних лет, довольно приятной наружности, хотя лицом несколько грубоват, да, в общем-то, и манерами..но он же спортсмен, что с них взять - железки превыше всего. Не скажу, чтобы я с ним подружилась, но это был первый мужчина(не считая отца), по общению с которым я могла составить некоторое представление об этой части человечества. Ну не ужимки же директора считать признаком мужчины!
К началу лета с Виктором Самойловичем я уже почти освоилась.
И так, что нас связывало?..Мне была нужна мужская натура для выставки "Портреты и характеры". Мужские портреты были вообще моим слабым местом. Не в том смысле, что я их обожала писать, а как раз наоборот, я их слабо чувствовала. Сказывался недостаток опыта как жизненного, так и творческого.
Что было нужно ему..Что вообще нужно мужчинам? На этот вопрос пусть отвечают женщины поопытнее меня. В данном случае, я считала, что Виктор Самойлович решил мне помочь, зная мои трудности, которые я и не скрывала. Остановились на том, что писать портрет я буду в школьном спортзале после работы, но после нескольких сеансов я поняла, что освещение там плохое, к тому же часто мешают посторонние, да и коллеги стали косо смотреть. Пригласить его к себе домой?..Я никак не могла решиться на это, хотя несколько раз он провожал меня почти до дома, но я всегда останавливала его словами: "Дальше я пойду одна, родители меня встретят," - вот так врала я ему.
Я думала: если я его позову, он быстро поймёт, что нет у меня никаких родителей, а оставаться наедине со взрослым мужчиной дома. мне было боязно. В общем, дело портретное почти заглохло, а начало выставки неумолимо приближалось.
Кажется, это был майский день, мы шли с ним из школы по улице, вдоль озера к моему дому, она так и называлась Приозёрная, когда хлынул ливень, и Виктор Самойлович вмиг укрыл меня своим пиджаком и втолкнул под своды старой полуразрушенной колокольни. Мы стояли близко друг к другу и в момент вспышки молний, он прижимал меня к кирпичной стене и шептал: "Не дрожи, не бойся, я же с тобой". Я видела какой он сильный и уверенный, я ощутила его тело с рельефными мышцами под одеждой и неизвестное ранее ощущение приятной теплоты и безволия стало растекаться по мне. В этот момент он бы мог делать со мной всё что хотел, я бы не оказала ему сопротивления, но, слава богу, он не понял моего состояния, а вскоре я уже взяла себя в руки и полностью контролировала.
Наверное, с этого случая, когда от раскатов грома сотрясалась вся колокольня, а толстая кирпичная стена за моей спиной ходила ходуном, когда мы были совсем одни, и он не сделал мне ничего плохого, - я стала ему доверять.
И уже на следующий день он сидел у меня дома в мамином кресле и позировал.
Мне нравились его руки, большие, сильные со вздувшимися венами от физических упражнений. У меня просто голова кружилась от этих рук, я старалась на них не смотреть, но они всё равно то и дело попадались мне на глаза. Скажу больше, я в ту ночь долго не могла уснуть из-за них. Кажется, ну что такого в мужских руках?..Как говорила моя лучшая подруга: "Мужчинам в нас нравятся ноги, так же как нам в них, руки". Вот-вот, теперь-то до меня дошёл смысл этих слов, показавшихся вначале белибердой.
Надо сказать, что портрет продвигался, из рук вон, плохо. Когда Виктор самойлович приходил и садился в кресло, я теряла всякую концентрацию, кисти валились у меня из рук, растворитель проливался на пол и дома потом долго пахло скипидаром, а краска ложилась не туда куда надо. В душе я уже смирилась, что не напишу его никогда или буду писать вечно..Эти две вероятности меня одинаково устраивали и, тем не менее, когда он уходил, я почему-то вздыхала с облегчением. Во мне словно расслаблялась какая-то струна натянутая слишком сильно.
Из разговоров с Виктором Самойловичем, я поняла что он был раньше военным, офицером и на службе "дал кому-то в морду"; как я подозреваю, своему начальнику и из-за этого был уволен из армии. Впрочем, подробности он не стал рассказывать. Нравился ли он мне?..Пожалуй, да, хотя некоторые его слова и поступки меня настораживали и возмущали. Например, когда я решила ему показать в саду свои любимые цветы, он равнодушно заметил: "Красота это пустое. В жизни побеждает не красивый, а сильный, а участок лучше засадить капустой - будет больше пользы"..В другой раз, он жестоко отшвырнул ногой Фантика, который мирно сидел на полу.
Поняв, что я живу одна, он уже в первый вечер предпринял шаги, чтобы остаться у меня под надуманным предлогом на ночь, но я его выпроводила. В следующий раз он был ещё настойчивее.. Почему я так поступала, если мне было с ним хорошо?..Я понимала, что если это случится, то моя душа даст трещину, а врождённое чувство не пускать никого в свою душу, а дом, со всеми его комнатами, мебелью, садом и духом родителей, и был частью моей души, заставляло меня оттягивать этот момент. Я не хотела перемен, а перемены обязательно последуют, если в доме появится мужчина, и они меня пугали.
Вот и в этот раз Виктор Самойлович, начал с того, что завтра, мол, ему удобно отсюда идти по делам, а из своей коммуналки далеко, рано вставать, ну и соседи у него шумные, мешают спать, да и вообще, она у него крохотная, а у меня много комнат и тишина. Он с раздражением выговаривал мне, что я поступаю с ним как с мальчишкой, и он вынужден просить, унижаться и всё такое..Мне стало стыдно, я вспомнила как он подправил мне забор, как заменил прогнившие ступеньки на крыльце и уже почти готова была сказать ему"да" Лицо и щёки у меня пылали, даыхание стало частым, а руки, как всегда, когда я нервничала, начали теребить рукав платья. Он заметил это моё состояние, подошёл вплотную, взял меня за плечи так, что мне стало больно и притянул к себе. И в этот момент у меня вырвалось: "Хорошо, оставайтесь, только давайте со следующего раза, давайте завтра".
Я, как утопающий хватается за соломинку, ухватилась за это "завтра" и стала тараторить, что завтра, мол, со всех сторон будет лучше, чем сегодня и это будет обязательно, я даю слово и конечно сдержу его..А сама про себя думала: конечно, завтра будет лучше, я и постель чистую постелю и окна помою, и зеркала протру. Я убеждала себя как могла и придумывала всякие причины.
Выслушав, он со злостью оттолкнул меня, да так, что я упала на стул и выбежал из дома хлопнув дверью..Я хорошо расслышала как он вполголоса со сдерживаемой яростью выдавил:"Дрянь".
Вечер был тусклый, ветреный, я вышла в сад, сквозь листву яблонь просвечивали свинцовые волны озера. Через калитку, подойдя к самой кромке воды, я вдыхала в лёгкие чистый воздух, наполненный запахом молодой листвы, трав, водорослей и чего-то ещё неуловимо тревожного. В душе я чувствовала себя одновременно и оскорблённой, и виноватой, но последнее стало перевешивать. Я наивно думала, что в следующий раз всё исправлю, пусть остаётся на ночь, если ему так надо, я постелю себе на диване в соседней комнате, а Виктор Самойлович ляжет на кровати. Да именно так я и думала, разглядывая на горизонте над озером грозовые облака. Ветер усилился, макушки деревьев стали гнуться под его напором, а из глаз он выдувал слёзы.
Дома я ещё раз прошлась по комнатам, чтобы успокоиться, посидела на стульчике у пианино, глядя на мамину фотографию, и под шум начавшегося ливня, легла спать.
Ночью была страшная гроза, вспышки молний то и дело освещали мою спальню. Я проснулась и пожалела, что отказала Виктору Самойловичу, думая так: вот был бы он сейчас рядом, мне было бы спокойнее..он ведь такой сильный, опытный..Я вспомнила как он укрывал меня своим пиджаком в колокольне, как мне было приятно, когда он прижимал меня к себе..И в этот момент я заметила чью-то фигуру за окном. Человек стоял неподвижно в нескольких метрах от окна, и очередная вспышка молнии осветила накинутый на голову капюшон. Я встала с кровати и нерешительно сделала шаг к окну, и тут Фантик зашипел, выгнул спину и бросился у меня из-под ног в глубь спальни. Я, не отрываясь, с ужасом смотрела на человека в длинном плаще, стоящего за окном в потоке ливня. От страха я не могла пошевелиться. И вот рука неизвестного откинула капюшон, и я увидела свою маму, но не такой, какой я её помнила всегда, а гораздо моложе. Она что-то говорила мне, или даже кричала, но я не слышала ни единого звука, я только видела как беззвучно шевелятся её губы..Сколько это продолжалось? Не знаю..может и меньше минуты, а скорее всего несколько секунд. Когда я, переборов страх, подошла ближе к окну, там уже никого не было. Только куст сирени, струи дождя и вспышки небесного электричества. Я опять легла на кровать раздумывая, уж не сошла ли я с ума. Не помню как прошёл остаток ночи, кажется я пила валерьянку, потом несколько рюмок кагора..и кое-как заснула под утро.
Утром, дождь ещё моросил, я выбежала на крыльцо, подошла к окну, в надежде увидеть на земле следы..но так ничего не нашла.
Днём у меня всё валилось из рук и из головы не выходила мамино лицо. Я хорошо помнила как по нему струились потоки дождевой воды и шевелились её губы, и в то же время разум подсказывал мне, что этого не может быть, там никого не было, это просто игра света и тени от вспышек молний, и что тебе всё показалось. К обеду я уже окончательно убедила себя в этом.
В три часа дня мне надо было быть у портнихи. Идти не хотелось из-за головной боли, но в последний момент я передумала: представила себя в новом платье..как мы идём под руку с Виктором Самойловичем по улицам нашего городка и все на нас с завистью смотрят.
Портниха шила на дому. Поговорив со мной немного о каких-то пустяках, Людмила отправилась на кухню заварить чай. Я осталась в комнате одна вместе с ворохом недошитых вещей и попугаем. Зелёный волнистый попугайчик не сидел в клетке, а порхал себе по комнате или тараторил весь день перед большим напольным зеркалом. В клетке он только спал ночью. Часто, он доверчиво садился на плечо или на голову клиентам, я это всё знала и не один раз видела. Вот и сейчас он вспорхнул мне на плечо и..завёл свои бесконечные переливчатые трели, однако, в этот раз в них было что-то новое. Я явственно вдруг услышала мамин голос..слова произносились так быстро, что я никак не могла вникнуть в суть.. И, наконец, разобрала: "Ира, Ира, Виктор нет, Виктор нет"..потом опять, что-то быстрое и неразборчивое, и снова: "Виктор, нет..Виктор, нет". Совсем как азбука Морзе.
Вся глубинная суть этих слов на этот раз не только сразу дошла до меня, но и придавила своей тяжестью к стулу. Вошла улыбаясь, Людмила с чашками и чайником, и прикрикнула на попугайчика: "Кешка, пошёл вон. Он слетел с моего плеча опять к зеркалу, нахохлился и через минуту вновь стал певуче тараторить своему отражению. Что-то во мне надломилось, я хотела встать и уйти и..не могла..я неотрывно смотрела на Кешку, а он бегал по полу перед зеркалом и верещал, и не было ему до меня никакого дела.
Я спросила: "А разве попугай у тебя говорящий?"
Раньше меня это как-то не интересовало.
"Да говорит иногда",- небрежно бросила портниха, разливая чай по чашкам и собираясь продолжать начатый до этого разговор.
Я что-то отвечала невпопад, мерила платье, не понимая, что я делаю..шла обратно по лужам и, наконец, придя домой, разрыдалась прямо перед маминой фотографией. Наверное, я проплакала так несколько часов, потому что на улице уже был вечер, и на набережной вдоль озера зажглись фонари..
конец этой истории был стремительный. Я сразу прекратила всякие отношения с Виктором Самойловичем, а вскоре, он и сам попал под суд за избиение нашего недотёпы директора. Бедняга провёл в больнице больше полугода.

Остался один неясный мотив этого человека: почему он так хотел остаться у меня дома?..Если у него было намерение меня убить или ограбить, то ситуаций для этого было более чем достаточно..И, кажется, я догадалась: не я ему была нужна, а мой дом. Я вспомнила, как в первый свой визит, он ходил по комнатам, простукивал стены и одобрительно что-то бормотал себе под нос, а потом, вытащил рулетку, но, заметив меня, смутился и убрал обратно в карман.
И теперь, прожив жизнь, я хочу дать женщинам один совет: всеми силами старайтесь понять мужчину, не исключено, что это поможет сохранить вам жизнь".
История дополнена: 15 сентября в 12:41:09
      Рассказ Ирины Олеговны Дунаевой, известной художницы, мастера пейзажа, любезно переданный мне в моё пользование.



"Одна странная и необъяснимая история произошла со мной в конце 60- годов. Сразу после художественного училища, я пошла работать в школу учителем рисования. Но по порядку.
Я с ностальгией вспоминаю свой дом у озера в котором жили мы с мамой, Его ещё до войны построил мой отец..После её смерти, я осталась одна и мне было только 18 лет. И ещё кот Фантик. К дому примыкал сад и, пройдя через него, прямо за изгородью, плескалось большое красивое озеро с островом посередине, поросшим старыми липами. Из сада через калитку я выходила к берегу и смотрела на его воды, то чистые пастельные, то ультрамариновые, то тёмно-зелёные и мрачные в зависимости от облаков и освещения. Там я написала много этюдов к своим картинам. Я слушала как шелестит прибрежный тростник.. этот шелест хоть и был похож на шелест денег, мне нравился гораздо больше. Наверное, так я была воспитана: деньги ничто, душа - всё! Этот дом был просто раем для художника, да и для обычного человека. Несмотря на свой возраст, я уже была участницей нескольких выставок, городских, районных, областных и мечтала вступить в союз художников, что дало бы мне большую свободу, чем сейчас. Сказывалось и то, что и мой отец был художником, и я выросла на любви к искусству.
Что я могу рассказать о себе?. Девчонка, рыжая с веснушками, с исцарапанными и вечно испачканными красками, руками..Мне самой приходилось натягивать холсты на подрамники и сбивать рамки, а это совсем не женская работа. Не могу сказать что я была красавицей, но мужчины часто оглядывались мне вслед, что меня всегда смешило. Опыта общения с мужчинами, да и простого жизненного, у меня было мало, и если женская часть моего окружения мне была ясна и понятна, то мужчины, их логика, поступки, цели и действия, часто ставили меня в тупик. Из-за этого, в их обществе я чувствовала себя скованной и глупой. Например, наш директор, солидный человек и отец троих детей, когда вызывал меня к себе в кабинет вёл себя, порой, странно: подмигивал, потирал руки, задавал глупые вопросы, например: как дела или не скучно ли мне.. и всё такое. Ходил вокруг, а раз даже попытался меня ущипнуть за бок.. Я не знала как вести себя с ним и после, когда раздумывала над этим, то приходила к выводу, что он меня просто жалеет, зная что я осталась без родителей..К несчастью, в это время я лишилась и своей лучшей подруги, которая уехала в другой город.
Где-то ближе к весне, к нам пришёл новый учитель физкультуры Виктор Самойлович Кривошеин. Мужчина средних лет, довольно приятной наружности, хотя лицом несколько грубоват, да, в общем-то, и манерами..но он же спортсмен, что с них взять - железки превыше всего. Не скажу, чтобы я с ним подружилась, но это был первый мужчина(не считая отца), по общению с которым я могла составить некоторое представление об этой части человечества. Ну не ужимки же директора считать признаком мужчины!
К началу лета с Виктором Самойловичем я уже почти освоилась.
И так, что нас связывало?..Мне была нужна мужская натура для выставки "Портреты и характеры". Мужские портреты были вообще моим слабым местом. Не в том смысле, что я их обожала писать, а как раз наоборот, я их слабо чувствовала. Сказывался недостаток опыта как жизненного, так и творческого.
Что было нужно ему..Что вообще нужно мужчинам? На этот вопрос пусть отвечают женщины поопытнее меня. В данном случае, я считала, что Виктор Самойлович решил мне помочь, зная мои трудности, которые я и не скрывала. Остановились на том, что писать портрет я буду в школьном спортзале после работы, но после нескольких сеансов я поняла, что освещение там плохое, к тому же часто мешают посторонние, да и коллеги стали косо смотреть. Пригласить его к себе домой?..Я никак не могла решиться на это, хотя несколько раз он провожал меня почти до дома, но я всегда останавливала его словами: "Дальше я пойду одна, родители меня встретят," - вот так врала я ему.
Я думала: если я его позову, он быстро поймёт, что нет у меня никаких родителей, а оставаться наедине со взрослым мужчиной дома мне было боязно. В общем, дело портретное почти заглохло, а начало выставки неумолимо приближалось.
Кажется, это был майский день, мы шли с ним из школы по улице, вдоль озера к моему дому, она так и называлась Приозёрная, когда хлынул ливень, и Виктор Самойлович вмиг укрыл меня своим пиджаком и втолкнул под своды старой, полуразрушенной колокольни. Мы стояли близко друг к другу и в момент вспышки молний, он прижимал меня к кирпичной стене и шептал: "Не дрожи, не бойся, я с тобой". Я видела какой он сильный и уверенный, я ощутила его тело с рельефными мышцами под одеждой и неизвестное ранее чувство приятной теплоты и безволия стало растекаться по мне. В этот момент он бы мог делать со мной всё что хотел, я бы не оказала сопротивления, но, слава богу, он не понял моего состояния, а вскоре я уже взяла себя в руки и полностью контролировала.
Наверное, с этого случая, когда от раскатов грома сотрясалась вся колокольня, а толстая кирпичная стена за моей спиной ходила ходуном, когда мы были совсем одни, и он не сделал мне ничего плохого, - я стала ему доверять.
И уже на следующий день он сидел у меня дома в мамином кресле и позировал.
Мне нравились его руки, большие, сильные со вздувшимися венами от физических упражнений. У меня просто голова кружилась от этих рук, я старалась на них не смотреть, но они всё равно то и дело попадались мне на глаза. Скажу больше, я в ту ночь долго не могла уснуть из-за них. Кажется, ну что такого в мужских руках?..Как говорила моя лучшая подруга: "Мужчинам в нас нравятся ноги, так же как нам в них, руки". Вот-вот, теперь-то до меня дошёл смысл этих слов, показавшихся вначале белибердой.
Надо сказать, что портрет продвигался, из рук вон, плохо. Когда Виктор самойлович приходил и садился в кресло, я теряла всякую концентрацию, кисти валились у меня из рук, растворитель проливался на пол и дома потом долго пахло скипидаром, а краска ложилась не туда куда надо. В душе я уже смирилась, что не напишу его никогда или буду писать вечно..Эти две вероятности меня одинаково устраивали и, тем не менее, когда он уходил, я вздыхала с облегчением. Во мне словно расслаблялась какая-то струна натянутая слишком сильно.
Из разговоров с Виктором Самойловичем, я поняла что он был раньше военным, офицером и на службе "дал кому-то в морду"; как я подозреваю, своему начальнику и из-за этого был уволен из армии. Впрочем, подробности он не стал рассказывать. Нравился ли он мне?..Пожалуй, да, хотя некоторые его слова и поступки меня настораживали и возмущали. Например, когда я решила ему показать в саду свои любимые цветы, он равнодушно заметил: "Красота это пустое. В жизни побеждает не красивый, а сильный, а участок лучше засадить капустой - будет больше пользы"..В другой раз, он жестоко отшвырнул ногой Фантика, который мирно сидел на полу.
Поняв, что я живу одна, он уже в первый вечер предпринял шаги, чтобы остаться у меня под надуманным предлогом на ночь, но я его выпроводила. В следующий раз он был ещё настойчивее.. Почему я так поступала, если мне было с ним хорошо?..Я понимала, что если это случится, то моя душа даст трещину, а врождённое чувство не пускать никого в свою душу, а дом, со всеми его комнатами, мебелью, садом и духом родителей, и был частью моей души, заставляло меня оттягивать этот момент. Я не хотела перемен, а перемены обязательно последуют, если в доме появится мужчина, и они меня пугали.
Вот и в этот раз Виктор Самойлович, начал с того, что завтра, мол, ему удобно отсюда идти по делам, а из своей коммуналки далеко, рано вставать, ну и соседи у него шумные, мешают спать, да и вообще, она у него крохотная, а у меня много комнат и тишина. Он с раздражением выговаривал мне, что я поступаю с ним как с мальчишкой, и он вынужден просить, унижаться и всё такое..Мне стало стыдно, я вспомнила как он подправил забор, как заменил прогнившие ступеньки на крыльце и уже почти готова была сказать ему"да". Лицо и щёки у меня пылали, дыхание стало частым, а руки, как всегда, когда я нервничала, теребили рукав платья. Он заметил это моё состояние, подошёл вплотную, взял меня за плечи так, что мне стало больно и притянул к себе. Я увидела близко его глаза с точками зрачков, щетину на лице, морщины от углов рта, и в этот момент у меня неожиданно вырвалось: "Хорошо, оставайтесь, только давайте со следующего раза, давайте завтра".
Я, как утопающий хватается за соломинку, ухватилась за это "завтра" и стала тараторить, что завтра, мол, со всех сторон будет лучше, чем сегодня и это будет обязательно, я даю слово и конечно сдержу его..А сама про себя думала: конечно, завтра будет лучше, я и постель чистую постелю и окна помою, и зеркала протру. Я убеждала себя как могла и придумывала всякие причины.
Выслушав, он со злостью оттолкнул меня, да так, что я упала на стул и выбежал из дома хлопнув дверью..Я хорошо расслышала как он вполголоса, со сдерживаемой яростью выдавил:"Дрянь".
Вечер был тусклый, ветреный, я вышла в сад, сквозь листву отцветающих яблонь, просвечивали свинцовые волны озера. Через калитку, я спустилась к самой кромке воды, и вдохнула в лёгкие чистый воздух, наполненный запахом молодой листвы, трав, водорослей и чего-то ещё неуловимо тревожного. В душе я чувствовала себя одновременно и оскорблённой, и виноватой, но последнее стало перевешивать. Я наивно думала, что в следующий раз всё исправлю, пусть остаётся на ночь, если ему так надо, я постелю себе на диване в соседней комнате, а Виктор Самойлович ляжет на кровати. Да именно так я и думала, разглядывая на горизонте над озером грозовые облака. Ветер усилился, макушки деревьев стали гнуться под его напором, белые лепестки яблонь закружились снежинками в саду, а из глаз он выдувал слёзы.
Дома я ещё раз прошлась по комнатам, чтобы успокоиться, посидела на стульчике у пианино, глядя на мамину фотографию, и под шум начавшегося ливня, легла спать.
Ночью была страшная гроза, вспышки молний то и дело освещали мою спальню. Я проснулась словно от толчка и сразу заметила чей-то силуэт за окном. Фигура стояла неподвижно в нескольких метрах от окна, в тени куста сирени, и очередная вспышка молнии осветила накинутый на голову капюшон. Я встала с кровати и нерешительно сделала шаг к окну и, не отрываясь, с ужасом разглядывала этого, в длинном плаще, стоящего в потоке ливня. От страха я не могла пошевелиться. И вот рука неизвестного откинула капюшон, и я узнала Виктора Самойловича...Первым моим порывом было броситься к дверям и открыть их, но почему он ночью, в грозу, в моём саду? Что он тут делает? я в нерешительности замерла.
В это время физрук прильнул к стеклу, прикрывая ладонями с боков лицо, не выдержав, я побежала в прихожую нервно отпирая крючки и засовы.
"Виктор Самойлович..это вы?"- крикнула я в темноту ливня, ежась от ветра в одной ночной рубашке..
"Ира, Ирочка"...- прохрипело из темноты, и вот человек упал на колени и ползёт ко мне, хватая меня за ноги. Я отступаю, но его холодные мокрые руки крепко вцепились в мои лодыжки. Лицо поднято ко мне и искажено отблеском молний..
- Ира, Ирочка..я не могу так больше, слышишь ..не могу. Я привык всех в кулаке держать, а ты что со мной делаешь.
- Виктор Самойлович, зачем вы, встаньте, не надо.. прошу вас..
Он продолжает валяться на ступеньках крыльца в мокром брезентовом плаще и резиновых сапогах, всхлипывает как ребёнок, но не выпускает мои ноги из рук. Мокрые волосы слиплись, кажется от него пахнет водкой, страх снова возвращается ко мне.
Я вырываюсь и пячусь задом к комнате, в надежде закрыться там, но он встаёт и делает шаг ко мне, однако неожиданно останавливается и хрипит: "Ты не одна? Кто эта тётка!?" И смотрит куда-то вглубь комнаты поверх моего плеча. Я оглядываюсь, но никого не вижу, только глаза Фантика - два кусочка фосфора - горят в темноте. Теперь уже Виктор Самойлович пятится назад с искажённым от страха лицом, потом поворачивается и бежит в сад, в сторону калитки, выходящей к озеру. Я тупо смотрю на его развевающиеся по ветру широкие полы плаща.
"У него там лодка?..Он приплыл на лодке? - мелькает в голове,- но зачем на лодке?"
Струи дождя и вспышки небесного электричества делают всю картину нереальной.
Я опять ложусь на кровать раздумывая, чтобы это всё значило: может он сошёл с ума? Или я сошла с ума?
Не помню как прошёл остаток ночи, кажется я пила валерьянку , а потом несколько рюмок кагора.
Днём у меня всё валилось из рук и из головы не выходила эта безобразная сцена ночью.
В три часа дня мне надо было быть у портнихи. Идти не хотелось из-за головной боли, но в последний момент я передумала: представила себя в новом платье, впереди лето..
Портниха шила на дому. Поговорив со мной немного о каких-то пустяках, Людмила отправилась на кухню заварить чай. Я осталась в маленькой комнатке одна вместе с ворохом недошитых вещей и попугаем. Зелёный волнистый попугайчик не сидел в клетке, а порхал себе по комнате или тараторил весь день перед большим напольным зеркалом. В клетке он только спал ночью. Часто, он доверчиво садился на плечо или на голову клиентам, я это всё знала и не один раз видела. Вот и сейчас он вспорхнул мне на плечо и..завёл свои бесконечные переливчатые трели, однако, в этот раз в них было что-то новое. Я явственно вдруг услышала мамин голос..слова произносились так быстро, что я никак не могла вникнуть в суть.. и, наконец, разобрала: "Ира, Ира, послушай меня, я твоя мама. Виктор нет, Виктор нет"..потом опять, что-то неразборчивое, и снова: "Виктор, нет..Виктор, нет, он не должен приходить, не должен". Совсем как азбука Морзе.
Вся глубинная суть этих слов не только сразу дошла до меня, но и придавила своей тяжестью к стулу. Вошла улыбаясь, Людмила с чашками и чайником, и прикрикнула на попугайчика: "Кешка, пошёл вон. Он слетел с моего плеча опять к зеркалу, нахохлился и через минуту вновь стал певуче тараторить своему отражению. Что-то во мне надломилось, я хотела встать и уйти и..не могла..я неотрывно смотрела на Кешку, а он бегал по полу перед зеркалом и верещал, и не было ему до меня никакого дела.
Я спросила: "А разве попугай у тебя говорящий?"
Раньше меня это как-то не интересовало.
"Да говорит иногда",- небрежно бросила портниха, разливая чай по чашкам и собираясь продолжить начатый до этого разговор.
Я что-то отвечала невпопад, мерила платье, не понимая, что я делаю..шла обратно по лужам и, наконец, придя домой, разрыдалась прямо перед маминой фотографией. Наверное, я проплакала так несколько часов, потому что на улице уже был вечер, и на набережной вдоль озера зажглись фонари..
конец этой истории был стремительный. Я прекратила всякие отношения с Виктором Самойловичем, а вскоре, он и сам попал под суд за избиение нашего директора.
А случилось всё так. Как-то, в самом конце учебного года меня вызвал к себе директор. Он был один, усадил меня на диван и сразу предложил мне шоколадных конфет в яркой коробке. На мой недоумевающий взгляд, ответил: "Это, Ира, такая школьная традиция, отмечать окончание учебного года, называй меня просто Костей, тут ещё и коньяк у меня остался." - и полез куда-то в стол. От выпивки я сразу отказалась, объяснив, что не переношу спиртное. Директору, видимо, видимо моё объяснение не пришлось по душе, и он, подойдя ко мне близко, стал уговаривать. Сцена становилась тягостной и неприятной..Я уже собиралась встать и уйти, но он, неожиданно схватил меня за руки и повалил на диван.
- Ты дура, не понимаешь своего счастья..Ты жизни не знаешь. Это опыт, жизненный опыт, тебе делают одолжение..в подворотне хочешь его получить, с грузчиком, да?
Примерно такие слова вырывались у подвыпившего немолодого мужчины, отца троих детей. Я увидела близко его глаза за стёклами очков, они были выпученные и злые.
Его руки шарили у меня под юбкой, а моей первой мыслью была: "О боже, у меня на чулках там дырка".
Не знаю чем бы это всё закончилось, если бы в этот момент в дверь не стали стучать, а потом ломиться. Директор отпрянул от меня, чертыхаясь и придерживая спадающие брюки, заковылял к двери.
"Когда же он успел их расстегнуть, когда конфетами угощал что ли? - Недоумевала я - И дверь запер на ключ, как же я этого не заметила"..
На пороге стоял физрук, Виктор Самойлович Кривошеин и смотрел то на меня, испуганную и поправлявшую юбку, то на пьяного директора, который придерживал брюки руками. Бывший офицер быстро разобрался в ситуации и ударил своего начальника кулаком в лицо, потом ударил ещё раз. Из коридора кто-то заглянул и истошно закричал, прибежали другие. Виктора Самойловича схватили и держали, а к голове директора прикладывали мокрое полотенце. Все суетились, бегали, звонили в милицию и ещё куда-то. Всё так быстро промелькнуло у меня перед глазами, словно я оказалась в кошмарном сне. Чей-то голос за моей спиной произнёс: "Два кабеля сучку не поделили".
В первую секунду я даже не поняла, какую сучку? И потом сразу: "Это же я сучка, я!"..

Теперь, в конце жизни, я хочу дать женщинам один совет: всеми силами старайтесь понять намерение мужчины, не исключено, что это поможет сохранить вам не только здоровье, но и жизнь.
66137
Другие Мистические истории
(7)
Сианочка
18334 Сианочка
Сианочка offline
Репутация : 421
Комментариев 26 0
25 августа 20:47:37
2016-08-25 20:47:37

Поучительная история, ушедшие в мир иной предостеригпют порой нас от не приятностей, как хорошо, что все так закончилось

Ответить
Поддерживаю Да1 / Нет0
Селена
Селена

26 августа 02:10:51
2016-08-26 02:10:51
Интересно, за что Виктор избил директора. История действительно поучительная, и написана хорошо. +10
Ответить
Поддерживаю Да0 / Нет0
Allegro
21105 Allegro
allegro offline
Репутация : 139717
Комментариев 1455 11
26 августа 07:07:37
2016-08-26 07:07:37

Понравилось. Легко читается. Только довольно странная концовка. Почему Виктор Самойлович хотел остаться?Каким образом он хотел заполучить дом?Если он действительно хотел его заполучить, почему так быстро оставил свои намерения?Тем более, что видел, что девушка живет одна и довольно наивна

Ответить
Поддерживаю Да0 / Нет0
Кому-пожар,кому-погреться(рус.пословица)
Русинка
22329 Русинка
Русинка offline
Репутация : 23977
Комментариев 408 10
26 августа 07:37:36
2016-08-26 07:37:36

Как Вы восхитительно пишите, прям приятно читать. У Вас несомненно талант!

История заставляет задуматься, нужно действительно как можно лучше стараться понимать мужчин!

Ответить
Поддерживаю Да0 / Нет0
Да честно вам говорю, я Фея. Топор!? Да он вместо волшебной палочки;)
Лисичка
Лисичка

26 августа 09:53:55
2016-08-26 09:53:55
Юрий, мне очень понравилось. Интересная история, читала с удовольствием!
Ответить
Поддерживаю Да1 / Нет0
Юрий Тихвинский
22270 Юрий Тихвинский
Юрий Тихвинский offline
Репутация : 685
Комментариев 27 9
26 августа 10:56:17
2016-08-26 10:56:17
Что можно сказать о намерениях Виктора Самойловича? За что он избил директора или каким образом хотел завладеть домом? В конце-концов рассказ это ведь не милицейский протокол и рамки рассказа просто не позволяют рассмотреть подробно все версии и проследить дальнейшую судьбу всех героев.
Ответить
Поддерживаю Да0 / Нет0
Я упал на траву, и глаза мои наполнились звёздами...
Птаха
21082 Птаха
Птаха offline
Репутация : 22346
Комментариев 348 1
27 августа 08:26:15
2016-08-27 08:26:15
У каждого свои тараканы в голове. Кто знает, какие были мысли у Виктора, но явно не добрые, раз мама дважды " предупреждала" дочь. Интересно читать историю. Автору отдельное спасибо.
Ответить
Поддерживаю Да0 / Нет0
Уважаемые пользователи, у каждого человека своя точка зрения на то, что изложено в истории. Даже если Вы не согласны с автором истории или с другими читателями, пытайтесь выражать свое мнение в деликатной форме. Чтобы обгадить другого, много ума не нужно, а вот помочь дельным советом не каждый сможет.
Имя :
Пол: Гость Гость
Простой редактор

Введите число указанное на картинке