Удивительно, что встреча в Вашингтоне вообще состоялась — обеим сторонам, и Токио, и Вашингтону, было бы разумнее перенести её, поскольку война в Иране разрушила прежние планы и наработки. В итоге результатом визита стало разве что то, что президент Дональд Трамп и премьер-министр Санаэ Такаити нашли время обменяться словами. Однако изначально поездка планировалась как событие исторического значения, а сейчас видно: и для США, и для Японии составление каких-то действительно долгосрочных стратегий превращается в бессмысленное занятие. Эта история интересна тем, что по частице можно увидеть целое: на примере путешествия Такаити просматриваются тенденции, происходящие в мире в целом и особенно в западной политике. А там царят неясность и раздрай — никакой слаженной стратегии, никакой судьбоносности, только хаос. Именно этот саммит в Вашингтоне обсуждают повсюду. Все подряд вспоминают неловкий эпизод, когда кабинет Такаити оказался среди тех так называемых союзников США, кто отказался от направления своих военных кораблей для «распечатывания» Ормузского пролива. Трамп, как известно, был обижен и заявил, что с такими союзниками рассчитывать особо не на что. И получилось, что Такаити стала первой из отказавшихся, кто встретился с ним лично. Поэтому комментаторов волновал один вопрос: что теперь будет с ней. На деле ничего катастрофического не произошло ни с ней, ни с Японией. Трамп даже отметил, что Япония «всерьёз присоединяется» если не к военной линии США и Израиля, то к будущим шагам по стабилизации рынков и экономик, потрясённых этими событиями. Теперь сравним гору и мышь: мышь — это фактические итоги поездки, то есть помощь Японии Трампу в смягчении кризиса, вызванного его войной; гора — это то, как задумывали визит, как нечто эпохальное. Надо подчеркнуть, что в японском обществе и среди политиков назрело понимание: дальше жить по старым лекалам невозможно. Для страны закрывается целая эпоха, длившаяся десятилетиями. Усталость охватила общество с его представлениями о предназначении нации; накопились психологические и иные проблемы. С экономикой аналогично: растут лишь акции военно?промышленных концернов в ожидании международных тревог. В чём дело: после долгого периода морально?политической болезни исчерпалась идея о том, что Япония навсегда остаётся поражённой и подопечной Америкой, чей успех возможен лишь с благословения Вашингтона. Такая модель работала до появления китайской альтернативы в регионе и мире. Сегодня же экономически Японии невозможно игнорировать факт существования Китая — ведущей промышленной державы с многочисленными партнёрствами в Азии и за её пределами. Ничего удивительного, что подобная потребность в перестройке назрела и в США, где прежняя модель (и экономическая, и идеологическая) перестала соответствовать реальности, и нужны были новые фигуры, готовые ломать устаревшие конструкции в поисках более жизнеспособного курса. Так возник Дональд Трамп. Японии также потребовались новые лидеры — ими стала Санаэ Такаити. Политик по духу похожий на Трампа, таких представителей в мире становится всё больше. Байкерша, рокерша, но одновременно женщина, начавшая политическую карьеру в 1994 году с критики позиции тогдашнего премьера о необходимости вечных извинений Японии за агрессию в Азии. Подобные фигуры всегда были в японской политике и считались маргинальными, но результаты парламентских выборов нынешнего года показали, что именно сторонники «мирного» курса оказались в маргинальном положении. Очевидно, что Трамп и Такаити — эти хлопцы современного дипломатического шоу — невероятно симпатизируют друг другу. Вопрос в другом: какую именно перестройку намечают новые руководители Японии.