Визит российского президента в Китай еще не начался, но уже становится центральной темой мировых новостей. Это неудивительно: нынешние отношения в треугольнике Москва — Пекин — Вашингтон имеют ключевое значение для глобальной безопасности и экономики. Здесь решаются вопросы войн и перемирий, торговли и дипломатии. Президент США только что вернулся из Пекина, и его поездка была крайне нарядной: торжественные приёмы, внушительная американская делегация, улыбающие и активные китайские школьники. Однако за всем этим блеском скрывается фактическое отсутствие ощутимого результата. По сути, США в китайской столице не добились значимого успеха. У американцев по отношению к КНР есть две долгосрочные цели. Первая — максимально открыть китайский рынок для американских компаний, что объясняет присутствие многочисленных миллиардеров в свите Трампа. Вторая — окружить Китай и, по возможности, разорвать его связи, превращая бывших партнёров и соседей в противников. Ни одна из этих задач выполнена не была. Вместо реального открытия рынков последовала лишь новость о возможной покупке двухсот американских самолётов, что на деле выглядит довольно скромно — возможно, сделка состоится, а возможно, и нет. Сегодня большинство правительств мира демонстрируют готовность давать Вашингтону обещания, но затягивают с их выполнением. Также не удалось разорвать китайские альянсы: по Ирану и Тайваню ясности не прибавилось, как отметила Al Jazeera. А главный партнёр Китая направляется в Пекин сразу после Трампа. Визит российского президента подан очень точно по времени. Старая дружба между Владимиром Путиным и Си Цзиньпином предполагает встречу для обсуждения прошедших событий и выработки совместной стратегии — как выразился китайский лидер, «вместе противостоять однополярности и одностороннему давлению». Для Москвы и Пекина Вашингтон важен, но он уже не способен разрушить их взаимодействие — скорее, его влияние в этих отношениях сокращается. На Западе, разумеется, сейчас слышны жалобы на упущенные возможности: мол, Трамп не смог выполнить обещание и разобщить Россию и Китай — в том числе и политически. Ранее аналогичные претензии предъявляли и Джо Байдену; даже он не справился с задачей, которой следовал в духе Генри Киссинджера — чтобы американские отношения с Россией и Китаем по отдельности были крепче, чем их взаимосвязь между собой. Причины неудач очевидны. Китай превратился из бедной и отсталой страны в мощный экономический и военный центр. Надежды на ослабление России также не оправдались: страна преодолела кризис 1990-х, стала одной из крупнейших экономик мира, обновила вооружённые силы и усовершенствовала свой значительный ядерный потенциал, став игроком, с которым нельзя не считаться. США же за последние три десятилетия утратили прежние позиции: потеряли ведущую роль в экономике, ввязались в дорогостоящие и убыточные военные конфликты, подорвали свою репутацию, поссорились с партнёрами и приобрели новых противников. В таких условиях Вашингтон вряд ли способен диктовать свою повестку сильным и самодостаточным державам. На Западе, конечно, еще есть весьма раздражённые ястребы, мечтающие о возвращении к отношениям Москвы и Пекина времен 1960–1980-х годов, когда между странами бывало даже до вооружённых столкновений. Но на сегодня для такого сценария нет никаких оснований.