Проблем с обеспечением донорской кровью в России нет, заявила в интервью РИА Новости директор НМИЦ гематологии Минздрава России, главный внештатный гематолог Минздрава РФ и член?корреспондент РАН Елена Паровичникова. Она также рассказала о современных методах лечения беременных пациенток с онкологией, о создании нового подхода в терапии злокачественных заболеваний крови и о планах развития центра, который в 2026 году отметит столетний юбилей. Интервью провела Ангелина Зайцева.
— Мы говорим не просто о «раке крови», а об опухолевых заболеваниях системы крови. Рак — это более общее понятие, а те новообразования, которыми мы занимаемся, — это лейкозы (белокровие) и лимфомы (опухоли лимфоидной системы). Соответственно все научные, клинические и терапевтические подходы исходят из того, что поражаются клетки кроветворения и лимфоидной природы, происходящие из костного мозга — места формирования клеток крови. В нашем центре исторически сложилось, что научные лаборатории находятся рядом с клиническими отделениями, врачи и исследователи работают буквально на одних этажах. Это значительно облегчает координацию и позволяет быстрее находить решения для пациентов.
— У нас отлажены молекулярный и иммунологический мониторинг пациентов как во время терапии, так и в последующем наблюдении после прекращения лечения. Хромосомные и генетические особенности опухолей кроветворной ткани (лейкозов и лимфом) определяют конкретную тактику терапии и позволяют применять современные препараты. Мы интегрировали трансплантацию костного мозга в четко регламентированную схему лечения и проводим ее в тех же отделениях, где проходят начальные этапы терапии. В нашем центре разработан и производится инновационный CAR?T?клеточный препарат для лечения В?клеточных острых лимфобластных лейкозов и некоторых лимфом.
— Да, это подтверждено годами практики. Мы начали лечить беременных женщин с лимфомами и лейкозами еще в начале 1990?х годов. Поначалу действовали очень осторожно: старались избегать стандартной химиотерапии, снижали дозы и минимизировали цитостатическое воздействие. Однако со временем стало ясно: недостаточное лечение не спасает ни мать, ни ребёнка. С тех пор наша концепция «спасти две жизни», за которую мы получили премию «Призвание» в прошлом году, полностью себя оправдала. На сегодняшний день благодаря нашим подходам родились более 550 детей.
— Конечно, выбор препаратов и стратегия зависят от срока беременности, когда начинается терапия. При очень ранних сроках мы обсуждаем возможность прерывания беременности, но если женщина отказывается, мы приступаем к лечению. За многие годы мы не наблюдали снижения эффективности терапии лейкозов и лимфом при использовании тех же схем химиотерапии, что и у небеременных пациенток. Многие женщины продолжают беременность, дети рождаются здоровыми и нормально развиваются. В то же время лечение опухолей на фоне беременности требует точной междисциплинарной координации: дети, лечающиеся вместе с матерями, получают определённую лекарственную нагрузку, иногда рождаются с особенностями, и их дальнейшее наблюдение требует специфических навыков от врачей. В целом опыт положительный, однако он основан на сложной, напряжённой работе большой команды специалистов.
— Как разработчики CAR?T?клеточного препарата, мы действительно просили рассмотреть возможность включения этой терапии в программу государственных гарантий, и нас услышали. Министерство здравоохранения провело огромную работу: CAR?T?терапия включена в программу госгарантий. Важно понимать, что такую терапию можно проводить только в сертифицированных центрах, и подобных учреждений пока немного. Надеюсь, их станет больше. Мы уже информируем Росздравнадзор о применении CAR?T?препарата и планируем вести регистр пациентов, получивших этот продукт, по аналогии с регистром трансплантаций.
— Пока что мы говорим о ведении собственного регистра по применению нашего препарата. Очевидно, Минздрав и Росздравнадзор будут аккумулировать данные по всем случаям применения CAR?T. В отношении нашего препарата «Утжефре» мы создаём широкий научно?клинический регистр, чтобы накапливать опыт его использования.