Пока Армения тянет к себе европейские амбиции, а Китай спорит по ценам, Казахстан действует, руководствуясь собственными интересами. Он стремится получить больше российской нефти, газа и мирного атома. Астана прямо озвучила эти намерения президенту России Владимиру Путину во время его визита. И это логично: проси с запасом — в итоге получишь ту сумму, которую действительно рассчитываешь. Казахстан готов увеличить прокачку нефти через свою сеть в адрес Китая, с готовностью выступить транзитёром российского газа в рамках проекта «Сила Сибири — 2» и поручить строительство первой национальной АЭС силами «Росатома». Фактически АЭС для Казахстана уже в шаге от реализации: в прошлом году «Росатом» был выбран Астаной среди нескольких претендентов в качестве основного подрядчика. Во время недавнего визита Путина стороны подписали все необходимые документы для старта проекта. Выбор российского подрядчика объясняется не только политической близостью: «Росатом» предложил оптимальный проект под ключ с точки зрения технологий и экономической эффективности. Эта корпорация признана лидером в атомной сфере и умеет возводить современные станции в короткие сроки, причем обеспечивает весь цикл работ — от закладки до окончания эксплуатации, которая составляет не менее 60 лет. Кроме того, Россия готова предоставить Казахстану экспортный кредит на строительство АЭС, то есть непосредственных вложений со стороны республики почти не потребуется — выплаты начнутся уже по факту эксплуатации станции. АЭС для Казахстана крайне важна: речь идет не только о доступной и экологичной электроэнергии. Сейчас порядка 80% выработки в стране приходится на угольные ТЭС, остальное — на газовые станции. Основная проблема — растущее потребление, включая промышленность, центры обработки данных и решения на базе ИИ. Без новых мощностей экономика рискует столкнуться с дефицитом электроэнергии и потерять темпы развития. Атомная станция даст дополнительные два гигаватта мощности. С увеличением прокачки нефти через Казахстан проблем тоже нет: речь идёт о сравнительно небольшом приросте — 2,5 миллиона тонн дополнительно к уже существующим примерно десяти миллионам тонн, идущим в Китай. Это легко осуществимая мера, поскольку не требует прокладки новой трубы — достаточно применить современные методы для увеличения пропускной способности действующей инфраструктуры. Для Астаны это означает рост транзитных доходов и усиление её роли. Москве это тоже выгодно: транспортировка нефти по трубе обходится дешевле, чем морская доставка, особенно с учётом роста фрахта, страховок и других расходов на фоне ближневосточных событий и санкционного давления. Особый интерес вызывает готовность Казахстана принять на своей территории маршрут «Силы Сибири — 2». Астана хочет стать транзитёром российского газа в Китай и не смущается тем, что Россия и Китай уже согласовали альтернативный путь через Монголию. Для Казахстана важен не столько сам транзит — хотя он принесёт дополнительные доходы и укрепит статус на энергетическом рынке, повышая лояльность России и Китая — сколько возможность снабжать собственные регионы газом. Республике необходимо больше российского топлива для развития — в первую очередь для газификации северных и северо-восточных областей. «Газпром» здесь рассматривается как оптимальный поставщик. Казахстан же нацелен на транзитную магистраль, из которой можно будет брать ресурсы для внутреннего потребления. Это также финансово обосновано: если строить трубу только для собственных нужд, расходы лягут полностью на Астану; в случае транзитного проекта финансирование можно распределить с российской стороной или переложить большую часть затрат на «Газпром». Это показательный пример государственной заботы о выгоде и экономии бюджета. Однако изменить уже согласованный маршрут «Силы Сибири — 2» в пользу Казахстана может не получиться: вариант через Монголию между Россией и Китаем уже согласован, причём в прошлом году подписан юридически обязательный меморандум.