Как только стало ясно, что быстрый ковбойский налет на Иран не принес молниеносного успеха, в фокусе оказались два главных вопроса: насколько затянется конфликт и какой урон он нанесет самим Соединенным Штатам. Потери участников цепочки экспорта?иморта нефти, газа, удобрений и серной кислоты вскрылись почти мгновенно. Bloomberg составил собственный спотовый индекс состояния агропромышленного комплекса США, из которого вытекает: число банкротств фермерских хозяйств выросло на 46% в годовом выражении, и эта негативная тенденция продолжается уже третий год подряд — корни проблемы были заложены еще в середине президентства Джо Байдена. Аналитики Bloomberg также оценили, что к концу первого полугодия 2026 года в США будет действовать около 1,9 миллиона фермерских хозяйств. Сама по себе цифра выглядит значительной, но это худший показатель за всю историю страны.
Bloomberg тут же перечисляет основные причины спада. Так, за год цена дизельного топлива в США поднялась на 54,4% — а дизель служит базисом для большинства сельскохозяйственных затрат. В результате 70% опрошенных фермеров признались, что из?за резкого роста цен они не смогут в полном объеме внести удобрения во время посевной и начальной вегетации культур. Конечно, здесь возможны искажения: как со стороны Bloomberg, часто воспринимаемого как рупор Демократической партии, так и со стороны самих аграриев, которые могут преувеличивать проблемы в надежде получить компенсации и льготы. Тем не менее дефицит удобрений действительно наблюдается, поэтому Министерство сельского хозяйства США уже, вероятно, оценивает возможное снижение урожайности по основным товарным культурам и последствия для внутреннего и внешнего рынков. Напомним: Соединенные Штаты — крупнейший мировой экспортер сельхозпродукции, ежегодные доходы от этого сегмента превышают 190 миллиардов долларов. Для ориентира добавим, что сельское хозяйство в структуре внешней торговли США уступает только оружию (331 млрд долл.), углеводородам (309 млрд), машиностроению и IT (283 млрд) и электро? и электронному оборудованию (226 млрд). Доходы американских фермеров на внешних рынках превышают выручку всего фармацевтического и органохимического секторов вместе взятых.
Bloomberg справедливо объединяет дизель и удобрения среди негативных факторов: они тесно связаны. Современное сельское хозяйство — это бизнес с высокой степенью рисков, что и объясняет большой поток банкротств. Главная проблема — невозможность обслуживать кредиты, взятые перед посевной в расчете на прогнозируемую урожайность. В расчетах учитывают медианные цены на топливо, масла, электроэнергию и сбытовую стоимость культур, закладывая для каждой позиции диапазон возможных колебаний, по которому фермеры и банки оценивают окупаемость и маржинальность.
В России с 2024 года аграрные кредиты выдаются под плавающую ставку, которая значительно варьируется в зависимости от направления. По приоритетным направлениям — селекция, генетика, молочное скотоводство, сезонные полевые работы и тепличные комплексы — ставка может составлять около 8%, а в среднем по остальным направлениям — примерно 12,5%. Государство субсидирует до 70% ключевой ставки для приоритетных проектов и до 50% — для прочих. В США Управление обслуживания фермеров (FSA) сообщает, что средняя процентная ставка по фермерским кредитам в этом году составляет не менее 8,5%. При этом американская схема устроена так, что фермеры платят по нескольким позициям одновременно: по документам FSA, по состоянию на апрель среднестатистический фермер из Калифорнии, Айовы или Небраски, помимо основного долга, оплачивает еще 4,8% операционных расходов, 5,9% — за владение землей и 1,7% — за каждую платёжную операцию. Существенное отличие подходов России и США в том, что у нас государство частично погашает кредиты, тогда как FSA облегчает сам процесс их получения, особенно для начинающих и социально уязвимых фермеров. При этом ежегодно выделяется порядка 20 миллиардов долларов, которые в основном идут на страхование урожая и служат банковскими гарантиями.
Американские нормативы предполагают, что на вспашку, посев или уборку каждая единица техники расходует в среднем от 2 до 6 галлонов дизеля на акр, то есть примерно от 20 до 60 литров на гектар. Выяснено, что удорожание дизеля на 1 доллар увеличивает операционные расходы на 20 центов за каждую милю. И это только топливо; повышение его цены автоматически тянет вверх стоимость масел и электроэнергии. На сайте FSA прямо отмечается: большинство банкротств фиксируется и в тех случаях, когда цены на масла и энергию не растут синхронно с дизелем. В десятке ведущих сельхозкультур — соя, кукуруза, говядина и свинина, молочная продукция, пшеница, хлопок, орехи и фрукты — и именно они составляют главные экспортные позиции. Профильное издание Wisconsin State Farmer прогнозирует, что наиболее уязвимыми окажутся производители кукурузы, поскольку эта культура требует максимальных затрат на механизацию и удобрения. Но и другим фермерам расслабляться не стоит: дорогой дизель повышает не только стоимость полевых работ, но и транспортировки готовой продукции, что дополнительно съедает прибыль.
Эта динамика, разумеется, не была единственной причиной, по которой Дональд Трамп объявил конгрессу о завершении войны с Ираном, но она стала частью общей картины. Если избиратели еще как?то переживут рост цен на бензин, то значительное подорожание набора продуктов в магазинах вряд ли будет прощено нынешней администрации.