Алина Загитова успевает многое: с сентября она намерена приступать к работе в школе, которая будет носить её имя. РИА Новости выясняет, на какие компромиссы готова пойти олимпийская чемпионка ради воспитания детей и почему даже «Русская ракета» и культовый герой нашумевшего романа не успевают за ней. Нужны ли ей дети. И кем же она себя видит — тренером, генеральным менеджером или скорее вдохновителем? Замысел создать школу Загитова озвучила ещё в июне 2023 года в беседе с главой Татарстана Рустамом Миннихановым. Контракт на строительство подписан в августе 2025 года, а финансирование в размере 1,29 млрд рублей предусмотрено из республиканского бюджета. Первоначально планировалось открыть школу 1 сентября 2026 года, и пока эти сроки остаются в силе. По самой свежей информации, возведение объекта должно завершиться 30 августа. Значит, уже сейчас можно заниматься комплектованием команды и отбором детей, которые в сентябре начнут обучение на льду. «Все сроки соблюдаются, объект будет сдан вовремя, до конца августа. Проект полностью курирует Алина, она берет на себя роль генерального менеджера. Главная задача для нее и ее команды — найти тренеров. Алина будет самостоятельно управлять проектом, набирать тренерский штаб и заниматься селекцией», — сообщил РИА Новости министр спорта Татарстана Владимир Леонов.
У Загитовой складывается впечатление, что школа во многом — имиджевый проект. Во?первых, это престижно, настоящее «классическое» достижение, заметнее брендовой украшения или дорогой машины. Даже у многих знаменитых тренеров нет собственной школы: у Татьяны Тарасовой таковой нет, а у Этери Тутберидзе школа появилась лишь три года назад. Загитова же в 24 года сможет заходить в здание, построенное на выделенные под неё бюджетные средства и украшенное табличкой с её именем. Аналогичного не предвидится, например, у Анны Щербаковой (тоже олимпийской чемпионки) или Александры Трусовой (переворачивавшей представления о женском катании). При этом они и не заявляют о желании заниматься тренерской работой: Трусова сосредоточена на материнстве и возвращении в спорт, Щербакова пробует себя как комментатор.
Сама Загитова не выглядела с юности — горящей мечтой стать детским тренером. Ранее её ответы на подобные вопросы звучали дипломатично и сдержанно, скорее как вариант на будущее, а не как внутренний призыв. В августе 2022 года, посетив Игры Дружбы, она говорила: «Пока у меня столько перемен в жизни, что не знаешь, чего ждать дальше. Я задумывалась о карьере тренера. Мне нравится работать с детьми, но пока что я не хочу быть тренером, может быть, в будущем. Пока хочу связать свою жизнь с телевидением, чем?нибудь в этом духе». В дальнейшем её деятельность во многом соответствовала этим словам: она несколько сезонов вела «Ледниковый период», участвовала в влогах Первого канала, давала комментарии после прокатов. За работу на телевидении зрители трижды выбирали её как лучшую ведущую в голосовании «Комсомольской правды». Можно спорить о масштабах этой поддержки, но факт остаётся — ей дали понять, что она успешно справляется с новой ролью, помимо личного удовольствия от опыта.
С 2023 года её риторика стала более определённой: «Вижу себя в роли тренера. Мне нравится передавать знания ребятам. Я бы, конечно, не стала сравнивать себя с Юлией Липницкой, которая после завершения карьеры полностью ушла в это, но прекрасно понимаю, что имею достаточно богатый опыт и тренировалась в сильнейшей команде мира. Хочется поделиться им с детишками», — сказала Загитова RT. Почему же получилось у Липницкой? Спортсмены высокого уровня понимают, насколько требовательна профессия тренера: распорядок и дисциплина, готовность ради работы с учениками отложить многие личные вещи, жизнь в режиме сезона, отдых лишь между сезоном и масса сопутствующих вопросов — отчётность, разряды, общение с родителями. Тренер должен быть и кризис?менеджером, и конфликтологом, и детским психологом.
Пример Липницкой удивил многих: она начинала с мастер?классов и выездных сборов, казалось, что рутина и ответственность за учеников окажутся тяжёлыми, но Юлия полностью погрузилась в работу в академии Плющенко, сосредоточившись на детях, которые уже умеют кататься на достаточном уровне. Плодами такой работы стали успехи ученицы Анны Ляшенко — бронза на юношеских соревнованиях в России и Китае, место в десятке на чемпионате страны и даже заимствование стилистики от тренера. Достижения Ляшенко объясняются тем, что тренерская работа для Липницкой — приоритет номер один; другие проекты и отвлечения она минимизирует, несмотря на семью и двоих детей.
У Загитовой же пока остаётся открытым, сколько личного времени ей займёт школа стоимостью в миллиард рублей. Липницкой не нужно решать управленческие вопросы: она может заниматься исключительно ледовой работой. Алина же, по сути, берёт на себя и управленческие функции, и формирование команды, и документальную сторону — роли, в которых она пока новичок, и именно это вызывает скепсис у критиков. В 24 года реально проявить себя хорошим менеджером, стать квалифицированным тренером, запустить линию одежды и успешно организовать ледовые шоу, но одинаково удачно совмещать всё это — задача почти невыполнимая; даже вымышленная Гермиона с маховиком времени не справилась бы без последствий.
Разумеется, Загитова может дать лишь имя своему проекту и появляться там эпизодически в статусе почётного гостя — подобные примеры есть у Ильи Авербуха, Алексея Ягудина, Елены Бережной, Ирины Слуцкой и других. Но теперь она открыто заявляет, что хочет работать у бортика, а не только для камер: «Да, не обязана, но я хочу тренировать. Я ловлю кайф от того, что причастна к пути ребят в фигурном катании. Не буду спорить — мне действительно нужно набираться опыта в тренерской работе. Но недавно у нас была репетиция с детьми, и коллеги сказали, что я хорошо лажу с ними. Могу донести без крика, что нужно делать», — говорила она в интервью «Бизнес?онлайн».
Пока в этих словах больше романтики, чем реальной картины. Тренировать детей в Казани означает обосноваться там надолго и фактически переехать из Москвы. Быть «частью пути» детей — это не то же самое, что на паре репетиций мягко объяснить уже подготовленным ребятам, чего от них ждут. Загитова стала олимпийской чемпионкой благодаря сочетанию собственных способностей, родительской готовности к жертвам и тренерского фанатизма: Тутберидзе работала с ней несколько лет, находила подход к подростковой психике, возвращала её в тренировочный процесс и формировала спортивное поведение — это было для тренера смыслом жизни. И именно такой полной самоотдачи обычно требует выращивание чемпиона. Пока Алина к этому не готова — и, признаётся, не обещает такого будущего.
Тем не менее, если дети, вдохновлённые её именем, придут на новый каток, научатся владеть телом, укрепят характер и затем выберут путь вне спорта — это тоже будет хорошим результатом.