Алина Загитова успевает за всем: с сентября она собирается запускать школу, названную в её честь. РИА Новости рассказывает, на какие уступки готова пойти олимпийская чемпионка ради воспитанников и почему даже «Русская ракета» и культовый персонаж бестселлера не угоняют её темп. Нужны ли ей дети? И кем она будет — тренером, генеральным менеджером или скорее вдохновителем? Идея школы прозвучала впервые в июне 2023 года в разговоре Загитовой с главой Татарстана Рустамом Миннихановым. Контракт на строительство подписали в августе 2025 года, а финансирование в 1,29 млрд рублей выделили из республиканского бюджета. Планировалось открыть учебное заведение 1 сентября 2026 года, и сейчас сроки пока соблюдаются. По последним данным, завершить строительство собираются 30 августа. Это означает, что уже можно формировать команду и начинать отбор детей, которые с сентября начнут учёбу на льду. «Все сроки соблюдаются, объект будет сдан вовремя, до конца августа. Проект полностью курирует Алина, она берет на себя роль генерального менеджера. Главная задача для нее и ее команды – найти тренеров. Алина будет самостоятельно управлять проектом, набирать тренерский штаб и заниматься селекцией», — заявил РИА Новости министр спорта Татарстана Владимир Леонов.
Некоторым кажется, что для Загитовой школа — прежде всего имиджевый проект. Во?первых, это престижно: нечто более значимое, чем модный браслет или дорогая машина. Собственной школы, например, нет у заслуженной тренерки Татьяны Тарасовой; у Этери Тутберидзе она появилась лишь три года назад. Загитова же в 24 года сможет приходить в здание, возведённое на выделенные средства, с табличкой её имени. Ни Анне Щербаковой, ни Александре Трусовой пока такое не светит — но обе не заявляют о желании становиться тренерами. Трусова занята материнством и возвращением в спорт, Щербакова пробует себя в комментариях соревнований.
Сама Алина не то чтобы с юных лет мечтала о работе с детьми. Ранее на вопросы о тренерской карьере она отвечала скорее нейтрально, чем с глубокой внутренней необходимостью. В августе 2022 года на Играх Дружбы она говорила: «Пока у меня столько перемен в жизни, что не знаешь, чего ждать дальше. Я задумывалась о карьере тренера. Мне нравится работать с детьми, но пока что я не хочу быть тренером, может быть, в будущем. Пока хочу связать свою жизнь с телевидением, чем?нибудь в этом духе». Дальнейшие шаги Загитовой в целом соответствовали этим словам: она вела «Ледниковый период», снималась в влогах Первого канала, общалась с участниками и разыгрывала зрительское внимание — трижды побеждала в зрительском голосовании «Комсомольской правды» как лучшая ведущая. Это принесло не только опыт, но и подтверждение того, что она умеет работать в новой для себя ипостаси.
С 2023 года её высказывания стали более определёнными. «Вижу себя в роли тренера. Мне нравится передавать знания ребятам. Я бы, конечно, не стала сравнивать себя с Юлией Липницкой, которая после завершения карьеры полностью ушла в это, но прекрасно понимаю, что имею достаточно богатый опыт и тренировалась в сильнейшей команде мира. Хочется поделиться им с детишками», — сказала Загитова RT.
Почему Липницкая смогла? Спортсмены такого уровня обычно чётко понимают, что требует тренерская профессия: режим и дисциплина, готовность временами ставить интересы воспитанников выше личных, жизнь по календарю сезона, отдых лишь в межсезонье и множество бумажной и организационной рутины — от документов до взаимодействия с родителями. Тренер должен уметь и антикризисно управлять, и разрешать конфликты, и быть детским психологом. Юлия начинала с мастер?классов и сборов, но затем полностью посвятила себя работе, выбрав академию Плющенко и работая с уже подготовленными юниорами. Спустя пять лет ученица Липницкой Анна Ляшенко добивается медалей и заметных результатов — это следствие того, что тренерство для Юлии стало главным делом жизни. При этом Липницкая не берёт на себя административные заботы вроде бюджета и найма — она сосредоточена на ледовой работе.
У Загитовой пока иная картина: она сочетает амбиции управленца и желание работать с детьми, что у скептиков вызывает вопросы. В 24 года можно преуспеть в менеджменте, в тренерстве, создать линию одежды и ставить ледовые шоу — но удержать высокий уровень во всём одновременно крайне тяжело. Даже гипотетическая волшебная возможность совмещать всё без урона кажется сомнительной. Разумеется, Загитова может ограничиться только предоставлением имени школе и появляться там редко как почётный гость — такие примеры есть: школы Ильи Авербуха, Алексея Ягудина, Елены Бережной, Ирины Слуцкой и др. Но сейчас она говорит откровенно: хочет стоять у бортика и тренировать. «Да, не обязана, но я хочу тренировать. Я ловлю кайф от того, что причастна к пути ребят в фигурном катании. Не буду спорить — мне действительно нужно набираться опыта в тренерской работе. Но недавно у нас была репетиция с детьми, и коллеги сказали, что я хорошо лажу с ними. Могу донести без крика, что нужно делать», — сказала Загитова в интервью «Бизнес?онлайн».
Пока в её словах больше романтики, чем реальной картины. Тренировать в Казани означает осесть там надолго и фактически переехать из Москвы. Быть «причастной к пути» — это гораздо больше, чем пару репетиций, на которых спокойно объясняешь уже подготовленным детям, что от них нужно. Алина стала олимпийской чемпионкой благодаря сочетанию природного таланта, родительских жертв и тренерской одержимости. Тутберидзе несколько лет выстраивала работу с ней, находила подход к подростковой психике, возвращала после побегов и вкладывала в подготовку всё, потому что это была её жизнь. Такой уровень вовлечённости — почти единственный путь к вершинам. Загитовой пока это не по силам — и она этого открыто не обещает. Если же ребята придут в новую школу, научатся владеть телом, окрепнут и сформируют характер, а потом выберут жизненный путь, не связанный со спортом — это тоже будет замечательный результат.