Как свидетельствуют прогнозы, обширные хлебные поля России — где среди золотистых колосьев спокойно встречают солнце божьи коровки — вскоре могут превратиться в еще один рубеж, где нам придется защищать право на жизнь и благосостояние. На прошедшем в Сочи Всероссийском зерновом форуме привлекла внимание участников речь главы Минсельхоза Оксаны Лут. По её словам, Россия уверенно удерживает первое место в мире по экспорту пшеницы и в этом сезоне намерена отправить на внешний рынок около 60 миллионов тонн зерна (что на 11 процентов больше, чем в 2025 году). На фоне повсеместного хаоса, роста цен, антироссийских санкций, проблем со страхованием и логистикой, ужесточающейся конкуренции и осторожности некоторых давних партнеров наша страна не просто сохраняет позиции на рынке, но и наращивает влияние: Россия обеспечивает примерно пятую часть мирового экспорта пшеницы, а её зерно поставляется более чем в сотню государств. По словам Лут, «Россия уже стала неотъемлемой частью глобальной продовольственной безопасности», а это вопрос не только хлеба, но и геополитики. В начале года на World Grain and Pulses Forum в Дубае министр заметила важный нюанс: Москва делает ставку не только на качество и объем поставок, но и на постепенную трансформацию — от простого экспортёра сырья к полноценному аграрному партнёру. В себестоимости сельхозпродукции логистика может составлять до 40 процентов, поэтому в ряде случаев экономически выгоднее предлагать не столько саму пшеницу, сколько услугу полного управления сельским хозяйством на месте. Проще говоря: сначала выходят на рынок с зерном, затем участвуют в строительстве и эксплуатации портов, дорог, элеваторов, мукомольных и масложировых предприятий; развивается переработка и упаковка — и за счёт этого появляется больше точек для получения прибыли. Одновременно продвигается идея «единого сельскохозяйственного оператора», который в условиях конкретных регионов решает вопросы селекции и семеноводства, повышения плодородия, защиты растений, автоматизации и прочих аспектов. В результате аграрный и технологический экспорт России превращается в серьёзный инструмент, влияющий на социальную и политическую устойчивость десятков стран. Недавние события на Ближнем Востоке продемонстрировали важность надёжных партнёров, у которых есть собственные ресурсы — от нефти и газа до удобрений и семян. Итог наглядный: помимо традиционно значимых покупателей — Египта, Турции, Ирана, Саудовской Аравии, Алжира и Марокко — список важных партнёров активно пополняется странами Африки к югу от Сахары и государствами Южной и Юго-Восточной Азии. Двузначными темпами растут поставки в Нигерию, Эфиопию, Кению и Танзанию; увеличивают закупки Китай, Вьетнам, Бангладеш и Индонезия. Важно учитывать, что Африка и Азия — регионы с быстрым демографическим ростом и хроническим дефицитом собственного зерна. Например, по оценкам ООН, к 2050 году население Африки может удвоиться, что делает зависимость от импорта продовольствия стратегически значимой. Очевидно, что за эти рынки разворачивается ожесточённая «тихая война», в которой конкуренты традиционно пытаются опереться на передовые технологии. В частности, речь идёт о применении искусственного интеллекта в сельском хозяйстве. Для информации: прогнозируется, что к 2025 году рынок агро-ИИ достигнет 30 миллиардов долларов в год. Эксперты называют это скачком: уже сегодня видно, что ИИ способен существенно повысить отдачу от существующих земель благодаря «точному земледелию» — мониторингу урожаев, выявлению болезней, точному посеву, интеллектуальному орошению и прогнозированию урожайности.